Московская государственная консерватория





















































































































История создания муз.-теор. библиотеки

« Без развития научно-исторический и теоретической музыкальной мысли даже сильно развитое искусство не способно проник­нуть в общественную толщу и остаётся использованным только самым тон­ким слоем общества» - писал В.А. Булычев о предпосылках возникнове­ния Музыкально-теоретической библиотеки. Музыкально-теоретическая библиотека была открыта в Москве в 1909 г. Помещение ей было предоставлено в здании Московской консерватории.
29 января 1910 г. Ядром фонда библиотеки стал дар С.И. Танеева - около 100 книг и рукописей. Пожертвовал Танеев и два каталожных шкафчика американской системы. Фонд библиотеки складывался из пожертвований ­и весьма ценных - и серьезных покупок. Среди них часть уникальной лич­ной библиотеки русского музыкального критика Г.А. Лароша - всего 450 названий книг по музыке и музыкальных журналов. В их числе ряд библио­графических редкостей, например: Cacilia. Н. 1-12 (Meinz, 1824; 1825); Walther J. С. Musikalisches Lexikon (Leipzig, 1732); Seheibe J.A. Ueber die musikalische Composition. Т. 1: Die Theorie der Melodie und Harmonje (Leipzig, 1773); Guтpelzheiтer А. Compendium musicae latino-germanicum (Erfurt, 1655).
Оценивая пути пополнения фондов научно-теоретической библиотеки, следует самым позитивным образом оценить отбор источников поступле­ний литературы, то есть отбор издательств. В первые же годы становления библиотеки от Попечительного совета о русских композиторах в неё посту­пило всё выпушенное издательством М.П. Беляева - всего 737 экз. на сумму 1 200 руб.; 424 нотных издания от издательства Циммермана (эта коллекция была ценна своей педагогической направленностью; и сегодня это направле­ние приоритетное у издательства «Циммерман»). Среди поступлений в би­блиотеку пожертвования от Российского музыкального издательства и грандиозный дар издательства П.И. Юргенсона - почти все издания, 4600 экз. нот И несколько книг.
К ЗО-летней годовщине со дня смерти Н.Г. Рубинштейна при библиоте­ке была открыта читальня, названная его именем. С.И. Танеев пожертвовал в пользу читальни всю сумму, собранную членами общества «Музыкально­-теоретическая библиотека» для покупки ему, Сергею Ивановичу, рояля. 


Поначалу чита­льня обслужи­вала членов Музыкально-тео­ретической биб­ли­отеки, учащих­ся и педагогов консерватории. С 1 января 1912 г. она бы­ла отк­рыта для всех желающих - с пра­вом бесплат­ного пользова­ния нотами и книгами. 


Самыми значи­тельными за всю историю существования библиотеки бы­ли такие проявления благотворительности, как пожертвование коммерсанта В. В. Варгина (1 О 15 руб., «причём одну тысячу от семьи Варгиных, а 15 руб. от их старой няни»37) И субсидия со стороны её высочества принцессы Еле­ны Георгиевны Саксен-Альтенбургской на предмет уплаты долга Брейткоп­фу (в размере 4 000 руб.).
С самого начала библиотека строила свою работу в соответствии с регламентациями, созданными чрезвычайно образованными (в том числе в области юриспруденции) подвижниками музыкально-теоретического просве­щения В.А. Булычевым и М.В. Ивановым-Борецким. В практической дея­тельности библиотеки принимали участие не случайные, а такие вполне подготовленные люди, как члены общества «Музыкально-теоретическая библиотека» С.Г. Кондра и З.Ф. Савёлова. Благодаря этому в библиотеке сразу был заведён учёт, в соответствии с международными правилами созда­вались нотный и книжный алфавитный, а также систематический каталоги; в основу последнего была положена универсальная десятичная классифика­ция (УДК).
Во время Первой мировой войны в помещении библиотеки был развёрнут госпиталь (1915). Издания были сначала складированы, а затем размещены в здании Румянцевского музея (ныне - РГБ), где и находились до 1919 г. 


Воистину бесценным оказалось получение большей части личной би­блиотеки С.И. Танеева в количестве 3 882 экз. Вот перечень некоторых изда­ний, сохранивших для нас следы работы с ними (пометки) С.И. Танеева: Aпdre А. Lehrbuch der Tonsetzkunst ... (Offenbach: а м. Andre, 1838).; Bach­Jahrbuch, 1904 (Leipzig: Breitkopf & Hartel); Bussler L. Musikalische Formenlehre in 33 Aufgaben (Berlin: С. Habel, 1878); Haber! J. Beitrage zur Lehre уоп der musikаlisсhеп Komposition. Die Lehre уоп dem einfachen Kontrapunkt (Leipzig: Breitkopf & Hartel, 1899); Ирмологий нотного пения (1862); Вагнер Р. Опера и драма / Пер. А. Шепелевского и А. Винтера (м.: Юргенсон, 1906); Геварт А. Ф. Руководство к инструментовке / Пер. П.И. Чайковского.
В этом же году библиотека была национализирована, и библиотечный подотдел Музыкального отдела Наркомпроса вернул её в здание консерва­тории. К этому моменту библиотека насчитывала 16 670 экз. нот и книг.
В 1921 г. библиотека, получившая название Музыкально-академиче­ской, была передана в ведение Государственного института музыкальной науки (ГИМН), а в 1923 г. - Российской академии художественных наук (РАХН). 



В ведении последней она находилась недолго, а именно до 1924 г., когда перешла к консерватории и стала составной частью её библиотеки вместе с фондами и штатом, оставаясь в своём старом консерваторском по­мещении.

Это произошло благодаря твёрдой позиции, которую занял в этот период М.В. Иванов-Борецкий.  
«Михаил Владимирович имел особые причины любить консерваторскую библиотеку, чувствуя себя связанным с ней кровными, "интимными" узами: приблизительно каждая вторая книга была здесь "его" книгой, то есть посту­пила сюда из "Музыкально-теоретической библиотеки", созданной усилия­ми группы московских музыкантов, в том числе его самого. 


В одном из фраг­ментов курса историографии Михаил Владимирович писал: "потребовалось много энергии, чтобы при стечении многих благоприятных обстоятельств" намерение создать собрание книг и нот общественного пользования было осуществлено. 
В результате этого уже к середине двадцатых годов консерваторская библиотека стала владеть "многими монументальными исследованиями и библиографическими редкостями". Эти книги и ноты, в количестве 36 000 томов, были переданы сначала в ГИМН, а потом стали номинально при­надлежать Академии художественных наук. Последняя претендовала на то, чтобы разрознить это богатейшее собрание: музыкально-исторические книги взять себе (слить с академической библиотекой), музыкально-теоре­тические вернуть ГИМНу, а ноты отдать консерваторской библиотеке. Это не было осуществлено лишь благодаря энергии отца (М.В. Иванова-Борец­кого. - Э. Р.), сумевшего отстоять целостность "своей" библиотеки < ... > Отец рассказывал о целой "войне", которая была поднята вокруг дальней­шей судьбы этой библиотеки». 
Библиотека находилась сначала в ведении АКМУ30 НКП, а затем с 1921 г. в ведении Гос. Инст. Муз. Науки, которым достигнуто было получе­ние из Книжной Палаты всех выходящих в Республике нот и книг по музыке из «выставочного» экземпляра Книжной Палаты, а равно делались приоб­ретения из средств Института. В ноябре 1923 г. с реорганизацией музык. сек­ции Рос.Академии Худож. Наук библиотека перешла в ведение Академии. 
Ныне в правлении Академии возникло предположение о перевозке библио­теки из постоянного с основания её помещения - в Академию (ул. Кропотки­на), ввиду чего и последние приобретения Академии, ноты и книги по музыке, не передаются в библиотеку, а остаются в общей библиотеке Академии. 
Музыкальная секция Академии трижды (в ноябре 1923 г. на первом орга­низационном заседании, в марте и апреле 1924 г. через свой президиум) указывала на полную недопустимость осуществления подобной мысли. 
Обсуждая создавшееся положение, совещание из представителей муз. подсекции худож. секции ГУСа Музык. секции Российской академии худож. наук и Правления Моск. гос. консерватории в целом НАХОДИТ:

1. Библиотека по своему составу и полноте представляет высокую чисто научную и научно-педагогическую ценность.

2. Она теснейшим образом связана не только с работой членов муз. секции Академии (до 25 чел.), но и с нуждами всей учащейся молодёжи консерватории (до 900 чел.), и её преподавательского персонала (около 150 чел.), а также ши­роких музыкальных кругов.

3. Помещение библиотеки по своей изолированности от жилых квартир даёт максимальную гарантию от всяких неблагоприятных случайностей и по своей специальной оборудованности приспособлено для спокойных и систе­матических занятий. Кроме того, оно находится в центре музыкально-общест­венной жизни и деятельности Москвы.

4. Помещения, сколько-нибудь отвечающего потребностям этой библио­теки и занятиям в ней, в здании Академии не имеется.

5. Всякая перевозка больших книжных ценностей и размещение их в но­вом месте, в особенности не приспособленном, неизбежно влечёт за собой порчу их, а также нарушение и длительный перерыв работы и т. д.

Ввиду изложенного, совещание постановило, что предположение о пере­возке библиотеки, из её постоянного в консерватории помещения, в здание Академии, отвечая, быть может, частным и узким интересам Академии, явля­ется по существу «преступлением против культуры".

Члены Президиума Муз. секции РАХН Л. Сабанеев, М. Иванов-Борецкий, Н. Брюсова Правление Конс. - Игумнов, < ... >, Райский.

Члены музыкальной подсекции Научно-Худож. Секции ГУСа: «Не вполне соглашаясь с формулировкой настоящего постановления, по существу вопроса вполне присоединяюсь к нему". 23 / IV - 24 г. Зав. Музо Главнауки Б. Красин.

Б. Яворский.

Д.М. Иванов-Борецкий вспоминает о деятельности отца: «К 1925 году ему удалось с помошью ГИМН-овских друзей, поддерживавших его, окон­чательно склонить решение этого вопроса в пользу неделимой библиотеки, и она была официально передана консерватории. Это было важно потому, что в Академии она стала бы узковедомственным достоянием весьма огра­ниченного круга лиц, её сотрудников. В консерватории же она оставалась в полном смысле слова общественной библиотекой, доступной каждому музыканту, хотя бы и не сотруднику консерватории. Это было не только реализацией принципов, провозглашённых обществом "Музыкально-тео­ретическая библиотека" и ревностно соблюдавшихся Михаилом Владими­ровичем, который к тому времени оставался единственным из семёрки "учредителей" и по-прежнему опекал своё детище; это положение вытека­ло также из статута консерватории. Следует пояснить, что сами книги во время этих передач никуда не перевозились: передача происходила на бума­ге, а книги в течение всего времени, пока из-за них тупились копья бойцов, находились на улице Герцена, в здании консерватории». 

(из книги "Библиотека Московской консерватории" Э.Б.Рассиной).




Поиск по сайту





      



 


 


Российское авторское общество

 



 

























<img id="bxid_584961" src="/bitrix/images/fileman/htmledit2/php.gif" border="0"/> <img id="bxid_819496" src="/bitrix/images/fileman/htmledit2/php.gif" border="0"/> <img id="bxid_730504" src="/bitrix/images/fileman/htmledit2/php.gif" border="0"/> <img id="bxid_294321" src="/bitrix/images/fileman/htmledit2/php.gif" border="0"/> <img id="bxid_493234" src="/bitrix/images/fileman/htmledit2/php.gif" border="0"/> О библиотеке , Научная музыкальная библиотека им. С.И.Танеева Московской государственной консерватории